Зачем финансовому аналитику песни. Про «Дадиванк», «Канч Айоц Тан» и проект Amatuni

Статья впервые опубликована на Дзене 20 октября 2026 года.

Если набрать моё имя в поиске, первым выпадет канал про криптовалюты, потом книга «Крипта убивает». А где-то ниже окажутся песни. Для многих это выглядит странно: человек разбирает рынок, а потом пишет текст, который поёт армянский певец на сцене. Мне самому это странным не кажется, и я попробую объяснить почему.

Всё это одно занятие

Я работаю с текстом. Обзор рынка это текст, у которого есть структура и ритм, иначе его не досмотрят. Книга это текст. Выпуск на Via Stoica это тоже текст, просто произнесённый вслух. Песня отличается только тем, что в ней на каждое слово приходится больше веса: их мало, и каждое должно стоять на своём месте.

Поэтому когда меня спрашивают, как финансы сочетаются с песнями, я отвечаю: никак. Сочетаются не финансы и песни, а человек, который думает словами, и разные формы, в которые эти слова укладываются.

Две песни для Мавра Мкртчяна

Первой стала «Канч Айоц Тан», «Зов армянского дома». Её исполняет Мавр Мкртчян, над песней вместе со мной работал Айк Саядян. Это песня-призыв на исторический сюжет: Ашот Великий созывает нахараров, чтобы вместе подняться против власти Аббасидов. Сам Мавр называет её песней единения.

Вторая, «Дадиванк», вышла в начале 2026 года в исполнении Мавра Мкртчяна и Гарегина Аракеляна. Дадиванк это древний монастырь в Арцахе, и для армян это слово значит гораздо больше, чем название. Песня о боли, о потере и о надежде, которая остаётся, когда забрали всё остальное. Я писал этот текст с пониманием, что он обращён к людям, у которых эта потеря не метафора. Такой текст нельзя написать «красиво». Его можно написать только честно.

Обе песни живут своей жизнью на сцене и в сети, и их слушают люди, которые никогда не слышали ни о крипте, ни о моей книге. Это отдельное удовольствие: когда твоя работа доходит до человека не потому, что он на тебя подписан, а потому, что ему отозвались слова.

Проект Amatuni

В 2026 году я начал выпускать песни сам, под именем Amatuni, вместе с лейблом Cicada Music. Вышли «Бакалея», «Вальгалла», «Аладдин», «Дом мой горел», «Ночь моя».

Если песни для Мавра это тексты, написанные для чужого голоса и чужой сцены, то здесь всё моё: слова, интонация, ответственность. Это другой уровень открытости. На YouTube-канале я могу спрятаться за графиком, в книге за героями. В песне спрятаться негде.

Я не называю себя певцом. Я называю это пробой: посмотреть, выдерживает ли текст, когда его произносишь сам. Пока выдерживает. Буду продолжать.

Что общего у песни и рынка

Больше, чем кажется. И там и там нельзя врать: рынок наказывает за самообман деньгами, песня тишиной в зале. И там и там не работает «быстро»: хорошую строчку, как и хорошее решение, нельзя ускорить. И там и там главное происходит не в технике, а в голове, в способности остановиться и честно посмотреть на то, что получилось.

Я не планировал становиться человеком, у которого рядом в биографии стоят «финансовый аналитик» и «автор песен». Так получилось, потому что я никогда не выбирал между ними. Выбирал только одно: говорить то, что думаю, в той форме, которая для этого подходит.

Иногда это обзор рынка. Иногда роман. Иногда три минуты музыки.